11 сентября начался очередной этап избирательной кампании по выборам Президента Республики Беларусь - период предвыборной агитации и пропаганды. В борьбу за президентский пост вступили четыре кандидата - Сергей Гайдукевич, Татьяна Короткевич, Александр Лукашенко и Николай Улахович. В настоящее время за ходом избирательной кампании наблюдают долгосрочные миссии БДИПЧ ОБСЕ и СНГ. Ожидается, что к участию в мониторинге присоединятся представители других государств и ПАСЕ. А в день выборов, 11 октября, прибудут краткосрочные наблюдатели.
В чем особенность нынешней избирательной кампании? Как оценивают ее международные наблюдатели? Насколько активно включились кандидаты в предвыборную агитацию? На эти и другие вопросы избирателей ответит во время онлайн-конференции председатель ЦИК Лидия Ермошина.
Участники:
Вопросы конференции
Конечно же я голосую досрочно. Именно поэтому по моей инициативе в норме закона сохраняется право на досрочное голосование. Собственно говоря, не только я ограничена в таких возможностях. Думаю, что журналисты также не имеют больших возможностей в этот день посетить избирательный участок.
Думаю, четырех кандидатов достаточно, потому что многообразие осложняет выбор. Давайте не будем забывать, что избиратель - это обычный человек, который не туфли выбирает, а лицо, которое возглавит государство и определит будущее каждого. За месяц избирателю нужно оценить всех. Когда кандидатов несоизмеримо много, избирателю трудно сделать выбор и по достоинству оценить каждого претендента на пост главы государства, взвесив все за и против.
Это абсолютно надумано. В принципе, к рассмотрению подобных предложений иногда возвращается Российская Федерация - ранее у них досрочное голосование применялось только в труднодоступных районах, например, во время экспедиций. Сейчас, в принципе, рассматривается вопрос отмены досрочного голосования для обычных граждан. Думаю, нам надо бороться за голоса избирателей, а не отвергать возможности, чтобы люди могли проголосовать в удобное время и в удобной для них форме. Что касается подсчета голосов, то сейчас в законе появилась норма, которая прямо устанавливает, что голоса - то есть избирательные бюллетени по всем ящикам для голосования - должны считаться раздельно. Подсчет голосов начинается с того, что вскрывается первым ящик для досрочного голосования и подсчитываются все бюллетени, которые находятся в нем. Затем вскрываются ящики для голосования, которые использовались при посещении избирателей на дому. Третьим, последним, вскрывается ящик, который использовался в день выборов. Так что раздельная процедура подсчета голосов позволяет учитывать и делать гласным то количество избирателей, которые принимали участие в досрочном голосовании.
Мне бы очень хотелось ответить позитивно, с уверенностью. Но я не могу делать оценку за совершенно других людей, у которых задачи отличны от моих. Мы работали и будем работать как обычно, на то, чтобы оценка выборов была со знаком "плюс". То есть, чтобы в заключении был обозначен прогресс, а не регресс. Но окончательное решение будет за международными наблюдателями. Кроме этого, я бы хотела обратить внимание, что в Беларуси существует ряд политических сил, которые работают на отрицательную оценку. Это прежде всего оппозиционные политики, особенно те, кто не смог участвовать в выборах или выбыл из первого этапа избирательной кампании, не сумев собрать нужное количество подписей. Для них отрицательные результаты являются позитивным моментом. На это они и будут работать.
Думаю, часть общества готова, часть - нет. Конечно, молодежь, которая умеет пользоваться интернетом и чувствует себя там очень комфортно, готова голосовать дистанционно. Что касается поколения постарше, пожилых людей, думаю, они не готовы к этому. Но они, кстати, являются теми самыми активными избирателями, поэтому нужно ориентироваться и на них. Я думаю, что до перехода на такую форму голосования нужно провести очень качественные общественные опросы, а может быть и консультативный референдум, чтобы выяснить мнение избирателей, потому что просто перейти к этой форме голосования было бы поспешно.
Кодекс (Избирательный кодекс РБ. - Прим. БЕЛТА) определяет только общие моменты и принципы ведения предвыборной агитации и дает гарантии, которые оплачивает государство. Здесь дело за самими кандидатами, т.е. возможностей много, но, наверное, сил у них маловато, маловато человеческого ресурса, актива, который работает в этих командах и готов агитировать. Вполне возможно, что и люди есть, но способностей у них нет. Поэтому здесь есть очень много субъективных факторов, которые прежде всего определяются тем, что в принципе и команда Короткевич, и команда Улаховича не очень сильно были замечены в некой политической жизни до выборов. В принципе, у них не накоплены большие традиции ведения политической дискуссии, это, наверное, и сказывается отрицательно. Гайдукевич, его команда и вне выборов постоянно напоминают о себе. В этом плане им проводить агитационную работу проще.
Наша страна не боится эксит-поллов. У нас они проводятся каждые президентские выборы. По крайней мере, четвертую избирательную кампанию такие мероприятия планируются. Меня попросил согласовать уже это мероприятие, хотя я не обязана это делать, Белорусский республиканский союз молодежи.
Сразу могу сказать, любой человек, любая группа граждан проводить подобное мероприятие не может. Для этого нужно получить соответствующую аккредитацию в комиссии, которая образована при Совете Министров, но она работает на базе Академии наук республики. Ее возглавляет профессор Котляров. Получив эту аккредитацию (а для нее нужно обязательно предоставить профессиональные доказательства того, что члены команды владеют методикой проведения социологических опросов), можно проводить это мероприятие. При этом члены команды, которые будут проводить опросы, должны иметь соответствующие бейджи, документы, которые подтверждают их право на ведение данной кампании.
Как я отношусь к этому? В принципе, я склонна доверять. Я считаю, что если это мероприятие проводится честно и в соответствии с общепринятыми методиками, то оно действительно дает результат, близкий к тому результату, который потом покажут избирательные комиссии.
Могу сказать: более чем достаточно. Кроме того, у нас еще будет много независимых наблюдателей. Это политики, иностранные граждане, известные в государствах, которых пригласит уже в самостоятельном качестве Республика Беларусь. Приезжают мои коллеги. Хочу похвастаться, что, в принципе, все избиркомы, кроме Эстонии, которые существуют и работают на территории стран бывшего Советского Союза, откликнулись и приезжают к нам на выборы. Из них только председателей центризбиркомов будет 10 человек - 10 моих коллег, я - одиннадцатая. То есть у нас очень высокое, широкое и весьма авторитетное представительство.
Я знакомлюсь с ними только как избиратель. Дело в том, что кандидаты не представляют в Центральную избирательную комиссию предвыборные программы и не обязаны этого делать. Более того, закон дает им возможность опубликовать свою предвыборную программу - но это право, а не обязанность. В принципе, кандидат может быть и без предвыборной программы. Никто его за это не накажет и не снимет с регистрации, это решает избиратель.
Поэтому я пока не могу сравнить программы. Более того, если бы и могла, я бы не стала этого делать, потому что любое сравнение - это уже агитационная деятельность, которая запрещена мне по закону.
Мы имеем дело только с легальными источниками доходов, то есть только с тем, что поступает на счет в Беларусбанке. Мы не знаем, кто из кандидатов, возможно, получает средства вне этого - наличными в коробке из-под ксерокса, однако, судя по скромности избирательных кампаний, думаю, что все-таки такого финансирования нет. Оно действительно идет легально.
Только разрешение местной администрации. Если кандидат пожелает встретиться с избирателями, он обязан обратиться к руководителю учреждения, организации. Если ему будет в этом отказано, то должно быть отказано и всем остальным кандидатам. Должно быть равенство условий: если одному разрешено встретиться, то и всем остальным командам, которые обратятся, нужно разрешить то же самое.
Необходимо, чтобы эти подписи сохранили тайну волеизъявления избирателей. Нужен какой-то механизм, который будет блокировать доступ даже членов избирательной комиссии, которые получают результат, к этой подписи. Нужно соответствующее программное обеспечение, а иначе нарушается тайна волеизъявления. Те же американцы, например, уже голосуют по электронной почте. Они руководствуются тем, что, если избиратель согласен, что его тайна волеизъявления будет раскрыта, то пусть голосует. Тут есть такие юридические нюансы: как электронику совместить с тайной.